Змеи в доме жертвы

Еще в XIX веке этнографы обратили внимание на  повсеместное распространение историй о «змеях», которые бытуют у всех славянских народов. Особенно популярны они в Восточной Европе и на Балканах, где в XVIII веке разразилась эпидемия вампиризма. Известны «огненные змеи» коренным народам Северного Кавказа, Малой и Средней Азии, Казахстана, Западной Сибири.Современная литература по фольклору делает упор на другом, более красочном и выигрышном аспекте «огненных змеев» — способности вступать в половую связь с опечаленными утратой близкого человека людьми, или, точнее, внушать им идеальную иллюзию близости с недавно умершим или «писаным красавцем». Однако там нет-нет, да и мелькнут тревожные нотки — любовницы «змеев» начинают чахнуть и тихо сходят в могилку вслед за умершим родственником.

Устойчивым компонентом историй про «змеев» ил и любвеобильных покойников «является мотив о том, что от такой любви женщина худеет, бледнеет, чахнет, болеет, теряет жизненные силы, становится замкнутой, молчаливой и умирает или находит способ избавиться от вредоносного любовника, — сообщает этнограф Л. Н. Виноградова, заметившая связь между вампиризмом и „змеями". — В южнославянской традиции мотив о сексуальных связях демонических существ... соотносится прежде всего с мифическим огненным змеем и, кроме того, с вампиром — умершим мужем. По единичным свидетельствам, летающий змей мог проявлять и признаки, сближающие его с вампирами. В некоторых быличках губительные для женщин последствия любовной связи объяснялись тем, что он высасывает из нее кровь, поэтому женщина бледнеет, чахнет и умирает...»

«У южных славян мотив половой связи с демоническим существом обычно также соотносится с вампиром, а кроме него с персонажами типа змея, — подтверждает это наблюдение этнограф Е. Е. Левкиевская. — Змей летает в виде огненного шара, веника, снопа и рассыпается искрами над домом, где живет его жертва... Любовь вампира, змея и самодивы (женский вариант „змея". — Авт.) в балканских сказаниях имеет для человека одни и те же последствия... Любовь" мифологического существа к человеку однозначно прочитывается как результат вампиризма... Характерно, что в некоторых быличках подчеркивается, что мифологический любовник не вступает со своей жертвой всобственно сексуальные отношения, а просто ложится рядом с ней и сосет из грудей молоко или кровь — мотив, характерный для вампира».

Снова и снова в фольклорных записях встречаются слова: «Она сохла, сохла, да и умерла». Или рассказы о том, что «змей» «станет как человек и каждую ночь ложится с ней. И становилась она худая, страшная, пожелтела. Ходил, ходил, да и задушил ее».

«Многие женщины, особенно в местах, живущих отхожим промыслом, передают священникам на исповеди, что их отсутствующие, а часто и умершие мужья являются к ним въяве и спят с ними, то есть вступают в половое сношение, — записал этнограф С. В. Максимов в конце XIX века. — Сплошь и рядом не только вдовы, но и замужние женщины, войдя в доверие с любознательными школьными учительницами, рассказывают им о своих похождениях подобного рода со всеми подробностями...

Бросается в глаза удивительное однообразие частностей этого явления и его печальных, нередко трагических, последствий».Любопытно, что если жена видит призрак «в натуральную величину» и признает в нем своего мужа или ребенка, то посторонние люди, как правило, не видят вообще ничего или видят «нечто», напоминающее туман или «зыбкий черный столб». Однако в виде летящего «огненного змея» явление могли наблюдать все.